«Мы просто занимаемся журналистикой. И нас недолюбливают». Интервью главреда «9 канала» Старого Оскола Анны Семёновой

В 2017 году «9 каналу» Старого Оскола исполнится 25 лет. Это единственный телеканал в Белгородской области, в эфире которого можно увидеть критические сюжеты в адрес местных властей. При этом деньги на жизнь редакция зарабатывает самостоятельно. Главный редактор и по совместительству генеральный директор Анна Семёнова рассказала Владимиру Корневу, как в Старом Осколе 20 человек делают «самый народный канал» города.

«9 канал» выходит в эфир один раз в день в вечерних новостях на канале «Рен-ТВ». Затем выпуск повторяется ещё дважды. Эфир можно смотреть и в интернете – ролики выкладывают на YouTube, где счётчик канала приближается к 1,5 млн просмотров.

wmg8jice3o0

Анна Семёнова и журналисты проводят летучку в редакции

– Информации о «9 канале» практически не найти. Какая у него история?

– Канал появился в 1992 году решением Совета депутатов. На него скинулись руководители старооскольских предприятий – кто сколько может. Позже канал перешел в частные руки, владельцем стал Павел Семёнов, мой однофамилец.

Я приехала в Старый Оскол в 2000 году работать корреспондентом. Сама закончила факультет журналистики в Воронеже и декан факультета предложил поехать в Старый Оскол. Обещали жилье, но на деле оказалось немного не так.

– Каким был канал тогда?

– Технически был оснащён очень хорошо. Тогдашний владелец, хоть был и довольно скупым человеком, но болел телевидением, его технической стороной – у нас были все новинки: камеры, пульты, микрофоны. На технику он никогда не скупился.

– Кто работал на канале?

– Бытует мнение, что журналистом может работать каждый. Так считали и тогда, к сожалению. Работали на канале все, начиная с коммунальщиков. Весело было.

– Сколько было человек?

– Вместе с рекламной службой 40. Сейчас вдвое меньше.

– Вы были корреспондентом, а потом?

– Потом редактором, главным редактором, сейчас я – генеральный директор и главный редактор.

– Когда поменялось руководство канала?

– В 2006 году Семёнов и ещё несколько акционеров продали акции ОАО «РТТ» Фёдору Ивановичу Клюке (президент компании «ПромАгро»). С тех пор он единственный собственник нашего канала.

– Насколько он вмешивается в редакционную политику?

– Нам очень сильно повезло, что собственник не определяет редакционную политику. Ни разу с 2006 года не было такого, чтобы нам сказали – об этом рассказывать можно, а об этом нельзя. За это ему хочется сказать огромное спасибо. Поэтому единственный приоритет для нас – это интерес зрителей. То, о чем говорят в городе или о чём будут говорить завтра.

– Но вы наверняка идёте на компромиссы в процессе подготовки сюжетов?

– Жизнь – это сплошной компромисс (смеётся). Конечно, иногда приходится уступить, пожертвовать вопросом или словом, ради того, чтобы потом получить что-то ещё более интересное.

Вообще, «9 канал» в Старом Осколе называют кузницей кадров. Очень много наших бывших сотрудников сейчас работают в разных интересных местах. Например, мой заместитель, которая работала в отделе новостей много лет, ушла руководителем пресс-службы в администрацию округа. То есть сначала она работала на нашей стороне, а теперь на их (смеётся).

– Как вы вообще позиционируете себя по отношению к главе округа Александру Гнедых? С одной стороны, вы берёте у него очень спокойное, лояльное интервью об итогах года, с другой – спорите о сносе дома Воейкова в метре от него на пресс-конференции.

– Я никоим образом не противопоставляю себя и не рассматриваю в какой-то зависимости или независимости от главы округа. Вообще, если отвлечься, в городе есть интересное высказывание: «Если этого не сказали по «9 каналу», значит этого вообще не было» (смеётся).

– Это кто говорит?

– Говорят зрители. Мы услышали, нам очень понравилось.

– То есть вы такая олд-«Афиша», которая если не писала о заведении, то считалось, что его как бы не существует.

– Может быть. Но мы просто занимаемся журналистикой.

– И всё-таки, когда Гнедых сказал, что дом Воейкова не представляет никакой исторической ценности, что вы почувствовали?

– Разочарование. Глубокое разочарование.

knxqqbbjtow

Анна Семёнова в редакции

– Если следить за вашим эфиром, то можно сделать вывод, что вы достаточно независимы от властей.

– Это так. Но независимость – это спорная характеристика. Если конкретизировать, что, например, от властей, то да. Мы имеем возможность вести себя достаточно независимо, потому что мы частная телекомпания. Ведь когда замешан вопрос денег, даже если 25 процентов акций принадлежат властям, то СМИ связано по рукам и ногам. А мы не имеем от чиновников ни копейки.

Я этим не то чтобы хвалюсь. Но считаю, что пример «9 канала» уникален. Любое телевидение, тем более региональное, не может существовать без дотаций. Слишком дорогое это удовольствие. У нас же случилось какое-то экономическое чудо.

– Сравнение грубое, но получается, что вы такой белгородский «Дождь» в каком-то смысле?

– Не самое приятное сравнение для меня. Даже имея за своей спиной такого крупного промышленника, материальной помощи от него мы не получаем. Мы отрабатываем себя сами.

К сожалению, кризис в целом серьезно ударил по рекламному рынку. Два года назад он обвалился и так и не может восстановиться. Поэтому когда видишь, когда вокруг появляются телекомпании, у которых не болит голова и не стоит вопрос, где взять деньги, становится немножко обидно.

Такие маленькие как мы чудом на плаву держатся, умудряются заработать. Понятно, что статья расходов на рекламу в первую очередь вычеркивается из всех бюджетов. Сейчас ведь только и говорят об оптимизации расходов. А мы только на рекламе и зарабатываем.

– Вы работаете только с местными рекламодателями?

– Нет, с федеральными тоже, через рекламные агентства.

– В Белгороде есть практика, когда телевидение не хочет приезжать на сюжеты, которые изначально невыгодны ему и его учредителям. Насколько вы подвержены самоцензуре? 

– Только если люди по каким-то чересчур личным вопросам обращаются. Например, вчера женщина хотела поменять полотенцесушитель в ванной, заранее повесила объявление, а горячую воду ей отказались отключать. Тема яйца выеденного не стоит: из-за чего они поспорили с директором ТСЖ, я так и не поняла. Мы туда не поехали, но позвонили по телефону руководству ТСЖ, попросили уделить женщине внимание. То есть сюжет не делали, но в итоге помогли.

– Как часто такое бывает?

– Часто. Даже до смешного доходит – звонят, говорят, сосульки свисают. Мы отвечаем, что выезжаем на место, жильцы оповещают ТСЖ. Через пять минут звонят, говорят, что в ТСЖ уже всё сбили, когда узнали, что мы на 9 канал позвонили, так что не приезжайте.

– Как вы понимаете, как воспринимают канал в кабинетах?

– Я бы сказала, что нас недолюбливают. Как и журналистов вообще. Необходимость нашу не оспаривают, но и с радостью не встречают.

Несмотря на то, что «9 канал» всю свою сознательную жизнь находится в частных руках, каким-то образом нам удалось сохранить статус городского народного канала. Мне приятно это говорить. Город нас воспринимает как родных.

0h4bok57rq4

Летучка в редакции канала

– Из-за этого глава завтра не сможет закрыть двери перед вами?

– Он, конечно, сможет, но понимает, что это не в его интересах. Потому что если не было на «9 канале», значит не было вообще (смеётся).

– В Белгороде сложилась практика неофициальной финансовой поддержки от властей в обмен на лояльность СМИ. Такая игра по заранее прописанным правилам. Вам делали подобные предложения?

– Нет, никогда. Я впервые об этом слышу.

– А если бы предложили, гипотетически?

– Гипотетически, я бы ответила грубо. Нет, конечно. Мы выживем и так. Просто сейчас мы выживаем, но я знаю, что этот период закончится. Ведь до кризиса мы не только кормили себя, но еще и акционеру ежемесячно перечисляли.

– Это «выживание» сказывается на зарплатах, контенте?

– На качестве картинки. На зарплате отражается не потому, что снизили её, а просто реально канал стал меньше зарабатывать. А из контента у нас только новости.

– В новостях вы очень подробно освещаете тему пропажи Алёны Кузьминой и Натальи Малаховой. Для вас это важно с точки зрения смотрибельности или здесь что-то большее?

– Конкретно в этой теме мы видим некий долг. Когда пропала бежавшая с Украины Катя Кузьмина, ее мама обратилась к нам – сделали один репортаж, потом еще один. И все. Почти год тишины был в нашем эфире на эту тему. И только когда исчезла оскольчанка Наташа Малахова, город проникся болью Кузьминых. И мы тоже.

– На канале в YouTube у вас больше миллиона просмотров. Период выживания может привести вас в интернет?

– Сейчас стараемся больше уделять внимание этому. Не первый год идут разговоры о смерти эфирного телевидения, поэтому мы хотим попытаться перебраться в сеть. Но пока это только планы.

P.S. Уже после интервью департамент здравоохранения Белгородской области начал проверку второй городской больницы Старого Оскола, врачи которой забыли метровую марлю внутри пациентки. Об этой истории стало известно 13 февраля, когда о произошедшем рассказал «9 канал».